В Дарвиновском музее открылась выставка русского палеоарта

В Дарвиновском музее открылась выставка русского палеоарта

Находя на своей земле черепа с отверстием во лбу, жители Сицилии принимали его за место для единственного глаза — так родился разошедшийся по поэмам и сказкам миф об одноглазых циклопах. И лишь через века ученые выяснили: то были отверстия для хобота в черепе вымерших карликовых слонов. Это один из самых древних примеров искусства, занимающегося воссозданием образов вымершего прошлого, — палеоарта (термин запущен художником Марком Халлеттом, консультантом Спилберга в «Парке Юрского периода»). Выставка «Русский палеоарт» в Дарвиновском музее впервые масштабно показывает работу отечественных мастеров искусства, связанного, как нельзя тесно, с наукой — но при этом остающегося искусством.

Сто с лишним лет назад первый директор музея Александр Котс иллюстрировал лекции по эволюции графическими листами анималиста Василия Ватагина — может, среди них были и эти «Плезиозавры», картон 1914 года с огромными ластоногими, выползшими из моря на сушу. Влажная земля, лоснящиеся тела, сумрак, наползающий с неба: работа ученика Константина Юона из собрания музея сегодня имеет лишь художественную ценность, ученым известно, что плезиозавры только плавали.

Ватагин и его младший коллега Константин Флеров применяли законы современной сравнительной анатомии к доисторическим условиям жизни, приправляя их фантазией и талантом — и авторов учебников, и директоров музеев, по чьи заказам писались картины, это устраивало. Да, шеи тех же плезиозавров не могли изгибаться, как змеи — но по этим изгибам и запоминаешь работу! А «пильтдаунского человека» и вовсе не существовало — но Флеров, пока мистификация с якобы найденными останками существа — «недостающего звена» в эволюции между обезьянами и человеком — не была разоблачена, успел создать в фовистском духе полотно, на котором пильтдаун заносит копье над носорогом, вынырнувшем из мутной реки.

Но чем больше становилось знаний, тем меньше было эмоций. К концу прошлого века в искусстве для зоо- и палеонтологических музеев и учебных пособий началась настоящая революция — последовавшая за революцией естественнонаучной и технологической. Выставка продолжается 3D-реконструкциями доисторической фауны, созданными современными последователями Ватагина и Флерова. Взаимодействие ученых, авторов атласов и палеохудожников, среди которых сейчас много биологов и палеонтологов, стало строже и плотнее, и сегодня, делая книгу, художнику стоит держать прямую связь с заказчиком, на ходу уточняя — не оказался ли после последних раскопок хвост у изображаемого существа чуть длиннее, чем было известно до раскопок?

Вот и в хвосте у этого Epidexipteryx, сидящего на ветке в зеленой листве динозаврика, в полном соответствии с найденными в пещерах Северного Китая отпечатками, четыре ярко-красных пера и зачатки перьев на передних лапах, начинающих становиться крыльями. Это работа Сергея Красовского, художника-анималиста, палеоиллюстратора, работающего для National Geographic и европейских издательств, лауреата международных конкурсов. Цифровое «полотно» Николая Зверькова, научного сотрудника Палеонтологического института, автора статей в научных журналах, еще в школе, под влиянием Спилберга, начавшего рисовать динозавров: огромная рыба Leedsichthys и акула Hybodus охотятся в мутной голубой воде среднеюрского периода.

Почему не всем москвичам понравилась инсталляция швейцарского художника
Впрочем, место фантазии и вдохновению есть в этой теме и сейчас. «Мужики всегда во что-то играют, кто-то в машинки, кто-то в войну, — говорит Владимир Илюхин, передавший на выставку стальные рельефы смилодона и бронтозавра, сварного фороракоса и другие скульптуры. — А я играю в динозавров».

Читайте также

Оставить комментарий

Вы можете использовать HTML тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>