Кладовая Камчатки. Может ли Дальний Восток прокормить себя сам?

Кладовая Камчатки. Может ли Дальний Восток прокормить себя сам?

Российские программы развития сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности слабо подходят для дальневосточных производителей и требуют серьезных корректировок.

О продовольственной безопасности Дальнего Востока, сложностях логистики и необходимости принятия государственных мер поддержки агропромышленного комплекса рассказал генеральный директор Группы компаний «Агротек» Владимир Рубахин.

Александр Мальцев, — Владимир Ильич, в свое время много говорили о продовольственной безопасности — способности страны и регионов прокормить себя самостоятельно. В современных условиях эта концепция приобретает еще большую актуальность. Как с этим обстоят деле на Дальнем Востоке? Вы работаете на Камчатке. Может ли регион прокормить себя?

Владимир Рубахин: — Действительно, продовольственная безопасность важна. Принятая на государственном уровне доктрина ставила Дальнему Востоку задачу накормить себя с запасом, так чтобы еще поставлять что-то на экспорт.

С таким прицелом мы и шли все эти годы. И сейчас можно сказать, что ситуация в целом неплохая. Дальний Восток уже практически полностью закрывает свои потребности в свинине. Большой прогресс виден и по обеспечению молоком, а по обеспечению яйцом и было неплохо. Есть куда расти в птицеводстве. Но в целом в нашей отрасли прогресс очевиден.

Сейчас мы подошли вплотную к решению другой задачи — повышению качества жизни людей. Сейчас на Дальнем Востоке очень много завозной продукции. Это продукция длительного хранения, сроки хранения и качество там соответствующие. Для того чтобы обеспечить длительную сохранность, производители вынуждены применять определенные технологические решения, в результате чего от продуктов зачастую остается одно название — ни вкуса, ни запаха, ни качества.

Сейчас необходимо развивать фреш-направление — поставки на прилавки свежей продукции с малыми сроками хранения. Это и охлажденное мясо, и свежее молоко, и продукция мясопереработки, не говоря уже про овощи. Покупатель тяготеет к свежему, продуктам со сроком хранения максимум 5 дней. Наличие такой продукции сильно влияет на качество жизни людей. По моему мнению, основная миссия агропромышленных компаний в регионе сейчас заключается в этом.

— Насколько в вашем деле помогает федеральная комплексная программа развития сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности?

— Наши животноводческие хозяйства находятся на Камчатке, а корма, к примеру, для них мы производим в Приморском крае, на базе «Черниговского агрохолдинга» занимаемся выращиванием зерновых и зернобобовых культур. Мы вертикально ориентированный дальневосточный холдинг, есть предприятия по производству кормов, животноводческие комплексы, перерабатывающие производства и своя розничная сеть. На Дальнем Востоке приходится выстраивать всю инфраструктуру с нуля под себя. Потому что в регионе такая инфраструктура или еще не развита, или осталась еще с советских времен и находится в таком состоянии, что ее уже невозможно использовать. Приходится рассчитывать только на собственные силы.

Та же ситуация с программой развития сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности.

Мы сильно позже стали заниматься теплицами, позже всех вошли в программы по свиноводству, по молоку, мы отстаем по производству крупного рогатого скота, мяса бройлеров на Камчатке не сыщешь. О чем это говорит? Да о том, что программы не «цепляют» предпринимателей.

Большинство ее положений разработаны без учета дальневосточной специфики. Они отлично работают в западных регионах страны, а у нас…

Что такое, к примеру, построить свинокомплекс на Камчатке? Все необходимо привезти с «материка», до последнего гвоздя. Удорожание идет как минимум на 60 процентов.

Да и проблемы со сбытом — люди на Дальнем Востоке живут небогато, и перекладывать все эти на них издержки не получится.

Поэтому сроки окупаемости проектов выходят просто космические. А по программе поддержки срок окупаемости — 8 лет. За 8 лет, построив дороже, чем в Европейской части России, производство, конкурируя с более дешевой продукцией из других регионов, предприниматель должен рассчитаться с банками, и сроки никто из-за этих региональных особенностей не перенесет, не передвинет.

Так что, чтобы заниматься здесь агропромышленным производством, нужно быть очень смелыми людьми.

— Какие изменения, по-вашему, необходимо внести в новую программу господдержки, чтобы она заработала в полной мере и на Дальнем Востоке?

— В таких программах для Дальнего Востока необходимо увеличивать размер средств на компенсацию капитальных затрат, это важно. Но нужны более «долгие» средства, сопоставимые со сроками окупаемости проектов в регионе, это важнее.

В Центральной России большинство сельскохозяйственных проектов окупают себя за пять-семь лет. На Дальнем Востоке если предприниматель строит производство, то для себя понимает — это теперь на всю жизнь. Мы между собой шутим — вот она, самая эффективная программа закрепления населения на Дальнем Востоке.

В новой программе необходимо предусмотреть увеличение сроков возврата средств, полученных предпринимателями в виде господдержки, или же необходимо предусмотреть дифференцированный подход в этом вопросе.

— Что происходит на Дальнем Востоке с логистикой? Вас коснулись эти проблемы?

— С началом пандемии начало лихорадить и логистику. Порты перегружены. Но есть и другой аспект.

Мы завозим из Приморья на Камчатку 15 000 тонн зерна. Это оказывается настоящей спецоперацией. Приморские порты не приспособлены под перевалку зерновых. Вместо перевозки насыпных грузов балкерами мы вынуждены везти все в контейнерах.

— Это же удорожает перевозку в разы!​

— Да, но это единственный способ доставить зерно из Приморья на Камчатку. В приморских портах нет оборудования для погрузки-разгрузки зерна, если возить насыпью, его лопатами придется перекидывать по воздуху. Нет там приемных и перевалочных мощностей.

В 2016 году планировалось строительство перевалочного терминала в Приморье, но как-то все заглохло. Сейчас эта задача встает в регионе в новом качестве — возник интерес у сибирских производителей зерна, появилась потребность в транзите их продукции в Юго-Восточную Азию.

Да и многие производители из Европейской части России после того, как западное направление для нас оказалось закрытым, обращают свои взоры на Восток.

Надеюсь, дело сдвинется с мертвой точки.

Для глубокой реформы логистической отрасли в регионе я бы начал сначала, занялся бы модным ныне мастер-планированием, посчитал бы для начала все существующие и потенциальные грузопотоки и под них бы проектировал перевалочные комплексы, исходя из современных технологий — без этого ничего не будет.

— Продукцию «Агротека» за пределы камчатского региона поставлять не планировали?

— Нет, и это тоже вопрос логистики. Камчатка — не транзитный, а конечный пункт логистических цепочек. Повторюсь, мы везем корма из Приморья на Камчатку, на этих кормах выращиваем свиней на комплексах, построенных из завозного сырья. Оборудование для колбасного производства, специи, колбасная оболочка, упаковка — тоже все везется с «большой земли». А потом еще везти готовую продукцию, к примеру, в Приморье? В ее себестоимости транспортные издержки — на всех этапах производства — будут зашкаливать. Так что лучше мы будем обеспечивать Камчатку свежей и качественной продукцией.

Читайте также

Оставить комментарий

Вы можете использовать HTML тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>